Делюсь небольшим инсайдом по нашему законопроекту. Ждем из Екатеринбурга членов рабочей группы, которые участвовали там в семинаре о профилактике насилия над женщинами. И уже на следующей неделе мы встречаемся, чтобы обсуждать финальную версию текста законопроекта о профилактике домашнего насилия, которое выносим на первое чтение, в самое ближайшее время! Настрой у всех боевой, все дожмем до результата, как бы не шипели наши оппоненты.
Они и сами это понимают, остается только беспомощно огрызаться. Коллеги говорят, отец Димитрий Смирнов сегодня в очередном эфире рассказывал, что «Пушкина ругается матом, это грех». Оскорбление миллионов российских женщин, называя их «бесплатными проститутками» грехом, видимо, не считается, ну да и бог с ним, со Смирновым. Для чистоты вопроса — да, я действительно разговариваю со всеми оттенками русского языка. Более того, некоторые вещи просто не заслуживают цензурных выражений. Мне кажется, что гораздо больший грех — публично критиковать и саботировать закон, который спасет тысячи жизней. Но некоторые люди, называющие себя «православными», этим, увы, не гнушаются, даже когда выясняется, что очередная убитая мужем женщина дважды забирала заявления о побоях — как это произошло на днях в Подмосковье.
Но закон будет, мы уже на финишной прямой, с которой не собираемся сворачивать. А пока запустили еще одну важную историю по проекту «ТыНеОдна», хотим собрать всероссийскую базу социальных проектов по домашнему насилию и шелтеров для жертв. Ситуация не самая позитивная — например, государственных кризисных центров у нас в России мы пока насчитали всего 15 на всю страну, а в маленькой Швеции например, где даже уровень насилия гораздо ниже, таких убежищ больше 200. Но успешные практики есть и у нас, будем их собирать, анализировать, чтобы тиражировать на федеральном уровне лучший опыт.
Они и сами это понимают, остается только беспомощно огрызаться. Коллеги говорят, отец Димитрий Смирнов сегодня в очередном эфире рассказывал, что «Пушкина ругается матом, это грех». Оскорбление миллионов российских женщин, называя их «бесплатными проститутками» грехом, видимо, не считается, ну да и бог с ним, со Смирновым. Для чистоты вопроса — да, я действительно разговариваю со всеми оттенками русского языка. Более того, некоторые вещи просто не заслуживают цензурных выражений. Мне кажется, что гораздо больший грех — публично критиковать и саботировать закон, который спасет тысячи жизней. Но некоторые люди, называющие себя «православными», этим, увы, не гнушаются, даже когда выясняется, что очередная убитая мужем женщина дважды забирала заявления о побоях — как это произошло на днях в Подмосковье.
Но закон будет, мы уже на финишной прямой, с которой не собираемся сворачивать. А пока запустили еще одну важную историю по проекту «ТыНеОдна», хотим собрать всероссийскую базу социальных проектов по домашнему насилию и шелтеров для жертв. Ситуация не самая позитивная — например, государственных кризисных центров у нас в России мы пока насчитали всего 15 на всю страну, а в маленькой Швеции например, где даже уровень насилия гораздо ниже, таких убежищ больше 200. Но успешные практики есть и у нас, будем их собирать, анализировать, чтобы тиражировать на федеральном уровне лучший опыт.
