Июнь силовики проиграли вчистую. Но потом наступил июль, а вместе с ним ближе стали выборы. Любые выборы в России – это обкатка технологий и предложений: а еще мы можем сделать вот так. Выбрать самого непопулярного кандидата, утвержденного в Кремле? Можем. И в Питере можем, и в Москве можем, и везде можем, только скажите. Будет так, как скажете, и никак иначе. То есть по большому счету это разговор о транзите власти. Любой, на любом уровне. Кто такой транзит обеспечил, тот и выиграл, тот и бенефициар. А кто не обеспечил, на этот случай есть силовики, тогда бенефициар там.
...
Что-то случилось, что-то щелкнуло в репрессивном аппарате, и до того не отличавшемся склонностью к законопочитанию. То, что происходит сейчас в судах, на следствии, в МВД, прокуратуре вокруг и около протестного движения, сразу назвали «болотным процессом 2.0», но я бы указала на несколько очевидных отличий.... Репрессивный аппарат слишком увлекся самозанятостью. Врагов России не так уж и много, и уж тем более их немного внутри самой России. Но эта проблема легко решается, если объявить всех, кто хотел бы поговорить о будущем России и ее настоящем, как-то повлиять на них, врагами России. Тогда у силовиков появляется самозанятость и бюджет на выявление и борьбу с внутренним врагом. А если в какой-то момент начинает ощущаться дефицит и таких врагов, то их можно изготовить самостоятельно – смотри дело «Нового величия».
Путин молчал. Был в отпуске. И накануне его возвращения, перед визитом к Макрону резво запущенный механизм репрессий вдруг издал отчетливый скрежет. Что-то произошло, настроения изменились, что уловила «партия умеренных», до сих пор тоже молчавшая.... Сами посудите, за неполные три дня (понедельник – среда) на этой неделе: 1) объявили о грядущем обмене заключенными между Россией и Украиной; 2) СК подтвердил факт домогательств отца к сестрам Хачатурян; 3) объявили, что Россия планирует приобрести за рубежом 10 тысяч упаковок психотропных препаратов для детей, за покупку которых еще недавно возбуждали уголовные дела; 4) общественная дискуссия сместилась в сторону политики в университетах – быть ей или не быть; 5) в поддержку мирной оппозиции и против репрессий выступили ученые с мировым именем; 6) назначенная судом экспертиза обнаружила, что «Седьмая студия» Кирилла Серебренникова не расхитила, а даже сэкономила бюджетные средства. Прогресс зашел так далеко, что смягчение коснулось даже лидеров протеста.
...
Дело будет, дело есть, и 84 следователя не зря едят свой хлеб. Вопрос теперь, кого и на сколько посадят. Решать это не следователю, не прокурору и не судье. Решать это будет политическая целесообразность.
Ольга Романова у нас о деле 212 в контексте
https://carnegie.ru/commentary/79712
