Северный морской путь
может получить ещё один незамерзающий порт. К ямальской Сабетте добавится ненецкая Индига. Сближает оба проекта то, что они будут обслуживать интересы крупного сырьевого капитала. В оценке эффективности подобного подхода единства у экспертов нет.
Порт Индига должен располагаться в Ненецком автономном округе, в устье одноимённой реки. Северное судоходство существовало здесь ещё со времён Российской империи, а после октябрьского переворота правлением Северо-Восточной Уральской железной дороги рассматривались варианты строительства железной дороги к Индиге от Перми, Тобольска, Томска и даже Акмолинска (так тогда называлась столица Казахстана Нур-Султан). Однако дальше проектирования дело не пошло.
Профессор
Александр Сенин, изучавший историю порта Индига, пишет, что многочисленные экспедиции, снаряжённые советскими властями с 1920 по 1928 год, доказывали необходимость строительства глубоководного незамерзающего порта.
В пользу этого говорила сама природа: водное пространство в Индигской губе зимой не затиралось льдами из-за влияния отголосков Гольфстрима, а берег был изрезан глубокими фьордами. Это позволяло бы принимать суда с разной осадкой и вместимостью. Водная территория потенциального порта составила бы 22 квадратных километра. Однако, несмотря на такую внушительную площадь, поддерживать круглогодичную навигацию вполне можно с помощью малых ледоколов.
О строительстве порта Индига вспомнили в начале нулевых годов: в «Транспортную стратегию Российской Федерации на период до 2030 года», принятую в 2008 году, было включено строительство железнодорожной ветки к Индиге от Сосногорска, небольшого городка в Коми. Строить нужно было бы 525 километров железнодорожного полотна по малообжитым местам – через леса и тундру. Единственный плюс – обилие строительных материалов.
И снова о проекте забыли на десятилетие, пока у него не появился потенциальный инвестор – корпорация AEON
Романа Троценко. Корпорация многопрофильная, в неё входят, в частности, «Московское речное пароходство», московская башня «Федерация» и «Новапорт», управляющий тремя десятками региональных аэропортов страны (в их числе и северные – Мурманска и Магадана).
Корпорация Троценко в 2019 году заказала разработку проекта строительства порта в Индигской губе. Проект действительно серьёзный. Только первая очередь строительства порта рассчитана на грузооборот 6,5 млн тонн в год, а после выхода порта на полную мощность – 30 млн тонн. Для сравнения: грузооборот построенной в 2013 году Сабетты только в прошлом году превысил 19 млн тонн.
Планы, нечего сказать, амбициозные. AEON считает, что через Индигу будут отправляться грузы самые различные: коксующийся уголь, древесина, удобрения и другие химические продукты.
В Индиге должен был появиться нефтеналивной терминал мощностью 20 млн тонн в год. Эксперт по нефтегазовой индустрии
Кирилл Чумляков из Тюмени указывает, что базовым грузоотправителем порта Индига стала бы «Роснефть». Она рассматривает возможность строительства завода сжиженного природного газа (СПГ) на базе ненецких месторождений – Кумжинского и Коровинского.
Но в целом, по мнению Чумлякова, создание порта выгодно «Роснефти», поскольку ей принадлежит около 80 процентов лицензионных участков, выданных Правительством РФ на разработку углеводородов на шельфах северных территорий страны.
Строительство порта в Индиге было бы выгодно и производителям угля, в том числе «Кузбассразрезуглю»
Искандера Махмудова и СУЭК
Андрея Мельниченко. Однако публично о поддержке проекта они не заявляли. «Их позиция такая: вы строите порт и, главное, железную дорогу, а мы подумаем, будет нам выгодно или нет. Да и тот же «Кузбассразрезуголь» хочет свой порт Лавна в Мурманской области, строительство уже официально началось», – говорит Жаворонков.
Как видно, в ближайшие годы Русский Север ждёт активная лоббистская игра за право развития инфраструктуры с многомиллиардными вложениями. Советские наркомы, сто лет назад клавшие под сукно нужные стране проекты, такого уж точно представить бы не могли.